25.03.2018

Наши режиссеры: Кузин Сергей Владимирович

Кузин Сергей Владимирович, режиссер-постановщик Тюменского театра кукол, выпускник историко-филологического факультета Казанского государственного университета и факультета музыкального театра Российского университета театрального искусства – ГИТИС (г.Москва), кандидат философских наук. В театре Сергей Владимирович работает около 40 лет. Юные зрители хорошо знают спектакли Кузина, которые много лет идут на тюменской сцене: «Маша и Медведь» С.Кузина, «Три поросенка» С.Михалкова, «Сказка про Слона и Крокодила» (по мотивам Р.Киплинга), «Женитьба» Н.Гоголя и многие другие. За годы работы в театрах режиссер поставил около 100 спектаклей и половину из них в Тюменском театре кукол.

В преддверии профессиональных праздников Международного дня кукольника и Международного дня театра Тюменский театр кукол подготовил Театральную неделю, старт которой дан 21 марта. Посвящена она режиссёру и драматургу Сергею Кузину. Неделя будет проходить под девизом «Доктор сказочных наук».

Мы встретились с Сергеем Владимировичем и узнали, как изменился театр за эти годы.

Почему режиссер театра кукол? Любите детей?

Это давняя история. Определённо, люблю детей, но все-таки ещё и потому, что я очень люблю этот вид театрального искусства. Театр кукол - самый метафорический из всех видов театра. Он позволяет воплотить очень многое из задуманного, дает возможность иносказательно говорить со зрителем, и не только с детьми, но и со взрослыми. В драматическом театре артист показывает не только своего сценического героя, но и себя самого (никуда от этого не денешься). И зритель оценивает не только актёрскую игру, но и внешние данные актера. В театре кукол общение артиста со зрителями опосредовано куклой или маской, артист может быть на сцене кем угодно, оставаясь при этом сам собой. Дети – очень требовательный зритель, их не обманешь, Это, как говорят сегодня, интересный вызов. Кажется еще Мейерхольд (прим. Всеволод Мейерхольд, театральный режиссер) говорил, что в драматическом спектакле достаточно иметь три опорных момента: хорошее начало, интересную кульминационную часть и яркий финал. В остальных местах зритель может и поскучать. В театре кукол это абсолютно невозможно, если ребенок заскучает даже на минутку, то на пятой минуте, ты его уже в спектакль «не вернёшь»! Нужно держать зрителя всеми возможными художественными средствами, которыми располагает театр кукол: увлекательным сюжетом, выразительными куклами, красивыми декорациями и, главное, актерской игрой.

Что для вас кукла — инструмент, со-творец? Это то, что ведет вас, или то, чему вы задаете направление? Кто главный в этом дуэте?

Сначала у режиссёра рождается идея, потом эта идея материализуется с помощью театрального художника и появляются эскизы кукол, масок, декораций и т.д. Затем эти эскизы в театральных цехах становятся реальными куклами, масками и декорациями. А вот потом, когда всё это воплощено в жизнь, происходит обратный процесс – во время репетиции уже куклы и маски воздействует на нас, на режиссёров и актёров. И мы должны найти походку, подходящую для этих кукол, найти голос, который, как у нас говорят, попадает в маску куклы. Так бывает всегда. Придумываем одно, а получается немного другое.

Не расстраиваетесь в этот момент?

Нет, это нормальное явление в театре кукол. В реализации режиссёрского замысла участвуют многие люди, многие со-творцы, поэтому он, этот замысел, всегда несколько видоизменяется. А можно сказать и по-другому: обогащается.

Вы в театре с 1981 года, расскажите, как изменился театр за это время?

Театр меняется с режиссёром, с новыми актерами. Но по сути своей остается прежним. Есть спектакли, которые идут уже очень давно и с тем же успехом. Меняется поколение детей, став взрослыми, они уже приводят на спектакли своих детей и т.д.

В восьмидесятые годы Тюменский театр кукол был очень известным в стране театром. Театром, ищущим новые сценические формы, театром авангардным, по сути. Мы приехали из Казани, из хорошего театра, но здесь работать было значительно интересней. Тюменский театр тогда активно осваивал «синтетический» жанр. Кукольники вышли из-за ширмы и стали работать рядом с куклой, открыто управлять ею, играть в системе театра масок и так называемого театра фигур. Спектакли ставились тогда не только детские, но и взрослые.

Сейчас театр в большей степени ориентирован на детского зрителя.

Вы несколько раз уходили, но все же возвращались в театр? С чем это связано?

В самом начале в Тюменском театре кукол я работал как заведующий литературной частью театра и артист, чуть позже стал режиссером-постановщиком. В 1987 году меня пригласили в Курганский театр кукол «Гулливер» главным режиссером, переводом уехал туда вместе с женой. Проработали там 4 года. В 1990 году, опять переводом, вернулся в Тюмень и проработал главным режиссёром Тюменского театра кукол и масок (так тогда назывался наш театр) до 1996 года. Тогда у нас с женой появилось желание поработать самостоятельно со своими спектаклями и программами вне стен государственного театра. Были и другие творческие искания, которые мы попытались реализовать в те годы. Занимались театральной педагогикой и выпустили три курса актёров-кукольников в Тюменском колледже искусств. Работали на телевидении со своей программой, были несколько лет коллективом филармонии, который назывался «Куклы Кузиных», работали с Ириной (прим. жена Ирина Павловна Кузина, заслуженная артистка России) и одной из наших бывших учениц в собственном частном Маленьком театре кукол. Но, в итоге, все равно все дороги привели нас обратно в Тюменский театр кукол, чему мы очень рады.

Вы работаете с женой Ириной Павловной вместе уже много лет, в чем секрет вашего совместного успеха?

Как раз в том, что мы вместе работаем, вместе думаем. Даже дома мы много говорим о театре, о постановках. И это нам совсем не мешает, наоборот помогает в процессе подготовки. Мы уже давно мыслим параллельно. Я доверяю жене практически как себе.

Спорите часто?

Нет, практически не спорим. Иногда я что-то придумываю, новую пьесу, новый спектакль, концертный номер, и что-то из придумываемого у меня вызывает сомнении. Я советуюсь с Ириной и, если и ей эти моменты тоже кажутся сомнительными, понимаю, что над этим надо ещё поработать. Если у нее сомнений нет, значит я двигаюсь в правильном направлении.

Какие спектакли нравится ставить больше для самых маленьких или зрителей постарше?

Раньше больше ставил спектакли для школьников, сейчас больше – для маленьких зрителей, которые приходят в театр в выходные дни. Но надо, чтобы эти спектакли были интересны и детям и взрослым. В выходные дни к нам в театр приходят семьями. Это могут быть папа, мама и ребенок, или бабушка, дедушка и ребенок. И мы хотим, чтобы всем им было интересно, чтобы все они были довольны, чтобы захотели ещё и ещё посетить наш театр. Я как режиссёр буду этому рад!

Есть такие спектакли, которые давно не идут в театре, но вы бы хотели заново их поставить с другими актерами?

У нас уже был такой опыт. Спектакль «Женитьба» мы поставили, точнее возобновили постановку с новым актёрским составом. Первая премьера спектакля была в 1995 году. Вторая состоялась лет пять тому назад.

В ближайшее время, мы возобновляем показ спектакля «Кто сказал Мяу?». А вообще мне больше нравится придумывать что-то новое.

Есть какие-то проекты в планах, которые хотели осуществить вне театра кукол?

Когда в театре появился малый зал, у нас появилась возможность играть наши авторские спектакли, не выходя из здания театра. И сейчас 4-5 раз в месяц мы с Ириной показываем авторские спектакли нашего маленького семейного театра в этом малом зале. Правда, мы продолжаем выступать и вне театра, в различных детских центрах, клубах и т.д.

Как бы вы посоветовали юным зрителям смотреть ваши спектакли — сердцем или умом?

Сердцем, конечно. В Тюмени, кстати, это умеют делать. Зритель у нас хороший, эмоциональный.


Поделиться: